Комплексный реаниматор фальсификаций. Есть ли новизна во лжи Николая Гродненского?

 

Ислам Хатуев – кандидат исторических наук,

доцент Чеченского государственного университета,

член Общественной палаты Чеченской

Республики, Заслуженный журналист ЧР, член Союза

писателей и Союза журналистов России, член

Чеченского регионального штаба – эксперт

Общероссийского Народного фронта, заместитель

генерального директора Мемориального комплекса

Славы им. А.А. Кадырова по научной работе,

политолог, публицист

 

Комплексный реаниматор фальсификаций. Есть ли новизна во лжи Николая Гродненского?

 

В 2004 году издательство «Харвест» выпустило книгу Николая Гродненского «Неоконченная война. История вооруженного конфликта в Чечне». Если вкратце охарактеризовать эту работу, то можно использовать в буквальном смысле три термина: ложь, клевета, фальсификация. Именно ими пропитана вся книга, начиная от первой страницы до последней.

На подобного рода клеветнические опусы можно было бы и не обращать внимание, а просто обратиться в суд на автора. Но, учитывая, что книгу издали почему-то в серии «Военно-историческая литература», и тот факт, что измышления Гродненского заполонили просторы Интернета, позвольте привести небольшой анализ «Неоконченной войны».

Во-первых, сразу бросается в глаза факт абсолютного незнания автором предмета разговора. Как и другой, печально известный фальсификатор и клеветник И. Пыхалов, Гродненский путает названия чеченских населенных пунктов, тейпов, имена и мн. др. Например, вслед за Пыхаловым он называет села «Начхой», «Хилохой», «Зумской», «Ачхен», «Даги-Борзой»  в Чечне, тогда как таких населенных пунктов в регионе попросту не существовало. Далее автор говорит о несуществующем тейпе «бугурой». Комично читать на 7-й странице лживого опуса автора, когда он говорит о враждебном восстании «Атаби Умаева» в Чечне. Гродненский даже не знает, что из двух разных людей он умудрился сделать «нового» одного. Или сам придумал не существовавшее движения «Даймах» (с.17.). Таких ляпсусов в книге достаточно много.

Для несведущих покажется, что автор обладает широкими познаниями структуры вайнахского общества. Но человек, мало-мальски, знающий тейповую структуру чеченцев, легко обнаружит ошибки на странице 23, где говорится о тейповой принадлежности сепаратистского руководства региона в 90-х годах 20 века. Или, например, красочно расписывая «боевые подразделения» сепаратистов, Гродненский говорит о «Галанчешском» полке. Такого в природе не существовало вообще.

Николай Гродненский, следую устоявшимся традициям «штатных» чеченофобов, разделяет свои клеветнические измышления в отношении чеченского народа на три части. Вначале автор реанимирует старые расказни о якобы спровоцированных набегами чеченцев карательных экспедициях царских войск в 18-19 веках. Затем львиную долю своего фальсификаторского труда посвящает ставшей любимой и, в значительной степени, навязчивой теме «дезертирства» и «банд» в Чечено-Ингушетии в годы Великой Отечественной войны. И, наконец, в третьей части, смакует «факты» двух военных кампаний на территории Северного Кавказа в 90-е и 2000-е годы.

В целом, автор не привнес ничего нового в дело искусственного очернения чеченского народа. Он лишь влился в общий хор патологических чеченофобов (А. Губин, Г. Муриков, В. Беловежский, Н. Горбачев, И. Пыхалов, С. Турченко, В. Логинов, О. Романько, Г. Погребнов, Э. Эркенов, Н. Кузьмин, Д. Черкасов, К. Крылов, А. Туалагов), которые, судя по их трудам, сделали смыслом своей жизни фальсификацию подлинной истории чеченского народа.

Итак, что особенного внес Гродненский в лженауку под названием «чеченофибия»? Во-первых, новый термин автора, который мы ранее не встречали у его коллег. На странице 4 своей книги он пишет: «Чеченско-горский бандитизм был подавлен Российской империей». Следующей «новаторской» идеей Н. Гродненского является то, что он априори обвиняет всех чеченцев, независимо от того, какую сторону они занимали в тех или иных военно-политических событиях, происходивших на различных этапах истории страны. Если чеченцы сопротивляются царской колонизации, значит враги. Если выступили на стороне Белого движения в период Гражданской войны 1918-1921 годов, они тоже враги, так же, как если поддержали в основной массе своей новую Советскую власть. Автор, сам нелицеприятно отзываясь о большевиках, и почему-то называя Асланбека Шерипова «шовнистом» (с.5.), тут же ставит в вину чеченцам, что «нагорная Чечня является убежищем для наиболее закоренелых врагов Советской власти (С.7.). Чеченцы у автора получаются все виноватыми вне любых «идейных ориентиров». Если они воюют против царских колониальных войск – они виноваты, если противостоят тактике выжженной земли Деникина, снова виноваты они. Они виноваты как с точки зрения державности и самодержавия, так и сточки зрения социальных революционных воззрений большевиков. Как это объяснить с точки зрения здравого смысла?

Автор, подробно перечисляя многочисленные «факты» массовых нападений и «бандитов из Чечни» на разные населенные пункты и районы сопредельных территорий, почему-то сам противоречит себе, заявляя в своем «опусе», что «столкнувшись же хотя бы с минимальным отпором, доблестные «дети гор» с позором отступали.» (с.7).

То автор утверждает, что «никакой классовой борьбы в Чечне не было, а был бандитизм», но буквально на следующей странице своего «сочинительства», придает придуманным им же «событиям» политическую окраску, заявляя, что чеченцы «в 1920 — 1930-е годы столь бурно проявили себя в ходе антисоветских восстаний» (с.9.).

Разумеется, Гродненский не мог бы стать «полноправным» фальсификатором и чеченофобом, если бы обошел любимую тему всей этой компании лже-ученых. В совей книге он заимствует слова печально известного Пыхалова, повествуя о «Чечевице для «Кавказских орлов» Третьего рейха».

Вот лишь некоторые цитаты из «Неоконченной войны», которые наглядно показывают полное отсутствие какого-либо научного подхода Гродненского. На простом языке, это называется «взять с потолка». То есть автор, особо не утруждая себя приведением «документов», просто сочиняет фантастические цифры. Итак. «Эти чеченские группировки, достигавшие 40 тысяч человек (! – авт.), наносили удары в тыл Красной Армии. Кроме стрелкового оружия, чеченские части были вооружены артиллерией и минометами, полученными от немецких «друзей» (с.8.). Вот что значит, перевернуть с ног на голову. Как раз более 40 тысяч чеченцев геройски сражались на фронтах Великой Отечественной войны против немецко-фашистских захватчиков. Я уже не говорю о мифических «минометах и артиллерии» в руках у «бандформирований».

Следующая «сенсационная» цитата. «С осени 1942 года по январь 1943 года, во время фашистской оккупации Чечни, чеченцы активно сотрудничали с гитлеровцами. Гитлеровцами из перешедших на их сторону чеченцев и местного населения были сформированы Северо-Кавказский легион, чечено-ингушский пехотный полк и карательные отряды» (с.9). Автора не смущает, что Чечня не была оккупирована немецко-фашистскими захватчиками, соответственно, речи об «активном сотрудничестве» не может и быть. Да, и еще вопрос. Откуда взялся «чечено-ингушский пехотный полк»? Что за «виртуальное» подразделение и как оно возникло в голове у Гродненского? Может автор перепутал его с 255-м Чечено-Ингушским кавалерийским полков в составе Красной Армии, который почти полностью погиб в Сталинградской битве?

Гродненский «не открывает Америки». Подобные фантазии с чеченскими подразделениями в составе вермахта искал и О. Романько в своей книге «Мусульманские легионы во Второй мировой войне». Он так и не смог привести хотя бы самого маленького подразделения, хотя бы отделения, из чеченцев в составе вермахта. Не смог, потому что такого в природе не существовало. (Романько О. В. Мусульманские легионы во Второй мировой войне. – М., 2004.).

Лидерами «орлов» автор называет братьев Хасана и Хусейна Исраиловых,  и далее пишет, что «были образованы также группы в Борзое, Харсиное, Даги-Борзое, Ачхене и других аулах. В пещере Бачи-Чу были обнаружены личные записи, «относящиеся к его повстанческой деятельности, весом около двух кг». В этих записях сообщалось, что в Чечено-Ингушетии, кроме Грозного и Гудермеса, было организовано 5 повстанческих округов — всего 24 970 человек» (с.46.). Адекватные исследователи устали уже объяснять всем этим пыхаловым и гродненским, что такого количества мужчин, какое они указывают в своих «данных» не было в республике на тот период. Не поленитесь. Хотя бы посмотрите, сколько проживало чеченцев в регионе по переписи населения 1939 года!

Далее следует любимая у чеченофобов лживая фраза. «Учитывая массовое сотрудничество с немцами, Государственный комитет обороны СССР принял решение о выселении причастных к пособничеству врагу. 23 февраля 1944 года состоялась массовая депортация чеченцев в Казахстан и Узбекистан» (С.9.). Ну, во-первых, выселили и чеченцев, и ингушей в этот день. Во-вторых, не в Узбекистан. Видимо, автора не очень беспокоят такие «мелочи». Наконец, почитайте, правовые акты Советского государства конца 80-х – начала 90-х годов. Юридическая оценка выселению как неоправданному акту геноцида, дана уже давно.

В пылу своей лже-пропаганды, Гродненский сам себе противоречит, видимо не замечая этого. Он задается вопросом: «За что Сталин в 1944 году депортировал чеченцев и ингушей? Тут же сам приводит мнение авторов учебного пособия, что «никаких объективных причин для выселения не было вообще, чеченцы и ингуши храбро сражались на фронте и ударно трудились в тылу, и в результате стали безвинными жертвами сталинского произвола». (Поливанов О.А., Рожков Б.Г. Отечественная история. 1917–1945. Учебное пособие для абитуриентов и студентов гуманитарных факультетов педагогических вузов. СПб., 1997. С.128). Вполне логично.

Далее автор цитирует известного ученого Абдурахмана Авторханова: «…находясь даже прямо у границ Чечено-Ингушской республики, немцы не перебросили в Чечено-Ингушетию ни одной винтовки, ни одного патрона. Перебрасывались только отдельные шпионы и большое количество листовок. Но это делалось везде, где проходил фронт. Но главное — восстание Исраилова началось еще зимой 1940 года, т. е. еще тогда, когда Сталин находился в союзе с Гитлером». (Авторханов А. Народоубийство в СССР. Убийство чечено-ингушского народа. М., 1991. С. 59–60). И тут же пытается оспорить эти совершенно объективные суждения политолога.

Учитывая, что А.Авторханов являлся чеченцем по национальности, Гродненский, как и положено убежденному чеченофобу, придумал фантастические «факты» из биографии ученого, обвинив его том, что «при приближении немцев к границам Чечни перешел на их сторону, организовал отряд для борьбы с партизанами, служил в гестапо». Тут уже больше подходит фраза из просторечия – «нарочно не придумаешь».

Похоже, потеряв понятия о необходимости приведения документов в подтверждение своих умозаключений, автор сам приводит документы, которые его же и ставят в тупик. Например, его выдержка из выступления советского генерального прокурора Р.А. Руденко, занимавший в годы Великой Отечественной войны пост заместителя начальника Отдела по борьбе с бандитизмом НКВД СССР. Выехав 20 июня 1943 года в командировку в Чечено-Ингушетию, по возвращении он представил 15 августа 1943 г. на имя своего непосредственного начальника В.А. Дроздова доклад, где говорилось, в частности, следующее: «… допускаемые перегибы в проведении чекистско-войсковых операций, выражающиеся в массовых арестах и убийствах лиц, ранее не состоявших на оперативном учете и не имеющих компрометирующего материала. Так, с января по июнь 1943 г. было убито 213 чел., из них на оперативном учете состояли только 22 человека…» (ГАРФ. Ф.Р.-9478. Оп.1. Д.41. Л.244). Гродненский привел цитату, поиронизировал над ней и даже не удосужился опровергнуть данные, приведенные им же в документах. Странный «научный» подход.

Говоря о депортации автор, ничего «умнее» не придумал, как определить деньги, которые пытались с собой взять женщины, старики и дети, которых выводили с домов и вели под охраной к скотским вагонам для погрузки, «полученные за счет спекуляции» (с.13.). Какой такой «спекуляции»? Если у старика-чеченца оказался 1 рубль в кармане, он неизменно имеет спекулятивное происхождение?!

Кощунственно и, действительно, напоминающее фашистскую идеологию, звучат слова автора, когда он говорит о потерях чеченцев и ингушей в процессе депортации в 1944 году. Так вот, Гродненский оценил эти потери в 0,26 % (с. 15.). Такова была, как минимум, и естественная убыль населения и без всякой депортации. Можно ли назвать разумными цифры, которыми апеллирует автор?

А следующие утверждения автора должны, на наш взгляд, заинтересовать врачей-психиаторов. Судите сами. Просто цитата из указанной выше книги. В Чечне  «количество атомных бомб может достичь 600 единиц» (с.19.).

Или вот еще. «Наркооборудование для переработки морфина в героин было завезено в Чечню из Англии. Только за один 1994 г. чеченцы произведут около 30 тонн героина». (с.20.). Ну и, наконец.  «Поставки оружия в Чечню из исламских стран, оплаченные деньгами, вырученными за нефть и наркотики, текли широким потоком. Не только такие страны, как Саудовская Аравия, Иордания, Иран, Пакистан и Афганистан, вооружали дудаевский режим. Оружие для бандитов шло из Восточной Европы, Прибалтики, Украины, Турции, Абхазии, Грузии, Азербайджана, Узбекистана и Казахстана». (с.21.). Об этих «секретных» данных знают, например, в Абхазии, Казахстане или Узбекистане?

Вот таких фантастических измышлений в книге Гродненского предостаточно. И они не могут быть предметом научной дискуссии. Это обыкновенная ложь, клевета, фальсификация, делающие излишним научный анализ и полемику.

А вот для тех, кто читает бредни Гродненского или того же Пыхалова, хотелось бы привести несколько более серьезных аргументов и цитат.

Президент Российской Федерации В. В. Путин в воем выступлении в 2005 году, в частности, сказал: «В ходе истории чеченский народ очень много страдал, особенно за десятилетия советской власти, несмотря на то, что воины Советской Армии чеченского происхождения, чеченской национальности героически сражались на фронтах Великой Отечественной войны, защищая общенациональные интересы, – их имена навечно вписаны в память нашей страны как имена защитников нашего единого Отечества. Несмотря на все это, в вагонах для скота жители Чечни были депортированы в Сибирь и казахстанские степи. Мы знаем, какая это огромная трагедия» (Вести Республики. – 2005. – 20 декабря).

В период с начала депортации и вплоть до ΧΧ съезда КПСС (1956) партийное руководство Советского Союза посредством своих пропагандистско-идеологических, а порой и репрессивных рычагов работало на создание искусственного образа чеченцев как бандитов, предателей-коллаборационалистов и т.п. Появилась масса выдуманных «документов», которые органы НКВД пустили в оборот (ими и сейчас пользуются авторы-чеченофобы) для оправдания выселения целых народов. Наконец, и в наши дни находятся публицисты, которые абсолютно беспочвенно, методами передергивания фактов, искажения источников, фальсификаций, элементарными домыслами пытаются, вопреки исторической правде, реанимировать старые сталинско-бериевские ярлыки «пособников оккупантов», «изменников Родины», «бандитских элементов» и пр., которыми в свое время официальная пропаганда щедро «одарила» весь чеченский народ, а также карачаевцев, балкарцев, ингушей, калмыков, крымских татар, греков, немцев, турок-месхетинцев…

История Чечено-Ингушетии периода Великой Отечественной войны до сих пор является объектом фальсификации. Некоторые историки, писатели, журналисты и писатели, извращая ее подлинную суть, открыто пытаются очернить чеченский народ, делая попытки обвинить его в «сотрудничестве с немецко-фашистскими оккупантами». Характерная черта прошлых и современных работ и статей об истории чеченского народа – стремление их авторов лучше приспособиться к политической ситуация в Чечено-Ингушетии и вокруг нее, чтобы обратить на себя внимание российской общественности и твердо вписаться в научно-журналистскую и писательскую жизнь страны.

Грубые извращения истории Чечено-Ингушетии в годы Великой Отечественной войны крайне опасны. Они оказывают все большее влияние на потерявших историческую память и мораль обывателей.

Стараясь любыми способами принизить роль чеченского народа в борьбе с фашистскими агрессорами, опорочить его, враги чеченского народа используют для этих целей сфабрикованные документы НКВД, заявления Сталина, Берии и всей их команды, постановления Правительства и ГКО СССР о депортации чеченского и ингушского народов, в которых извращенно преподносится история Чечено-Ингушетии в 1941-1944 годах.

Обозревая всю доступную имеющуюся историографию изучения вопроса участия чеченского народа, например, в Великой отечественной войне, можно сделать некоторые выводы и обозначить характерные особенности:

  1. Все имеющиеся источники (воспоминания участников войны, работы ученых-историков, представления к наградам, донесения с фронтов, фронтовые листовки, армейские газеты, фронтовая переписка, архивы, художественно-историческая литература, отзывы боевых командиров Красной Армии, маршалов и генералов, документальные материалы военкоматов, статистические данные, показатели хозяйственной деятельности и мн. др.) говорят о чеченцах как лучших воинах, о героическом труде рабочих, крестьян, интеллигенции республики, о достойном вкладе народа Чечни в победу над фашизмом.
  2. Особняком стоят некоторые группы источников репрессивно-карательных органов, которые противоречат всем остальным источникам (заказ Сталина и Берии для подготовки депортации народа).
  3. Некоторые историки и писатели более позднего времени (начиная с 1964 года) пытались поставить под сомнение подвиг чеченского народа в Великой Отечественной войне, делали свои выводы, основываясь исключительно на источниках НКВД (попытки задним числом оправдать геноцид).
  4. Даже зарубежные источники, в том числе и немецкие, не содержат данных о «массовом предательстве» чеченцев в годы войны.

Исходя из всего этого, мы можем сделать вывод, что все попытки принизить вклад народов Чеченской Республики в победу над фашизмом в годы Великой Отечественной войны не имеют под собой никаких оснований, являются фальсификацией и клеветой на чеченский народ (причем уголовно наказуемой) и не имеют ничего общего с исторической наукой.

Помимо неоспоримых фактов, доказывающих несостоятельность теории «массового сотрудничества» чеченцев с немецко-фашистскими оккупантами, в последние годы появляется все больше и больше документально подтвержденных данных о действительно массовом характере героического участия чеченского народа в борьбе против гитлеровских захватчиков на фронте и в тылу. Ученым в последнее время становятся известны все новые и новые примеры мужественной борьбы чеченцев вместе с представителями других народов страны против общего врага. Воины из Чечено-Ингушетии участвовали, помимо активной непосредственной борьбы с немецкими захватчиками в годы Великой Отечественной войны, и в советско-финской войне 1939-40 годов, в итальянском антифашистском движении Сопротивления, партизанских отрядах вдали от родины, разгроме Квантунской армии и т. д.

В завершении, хотелось бы задать вопрос авторам типа Гроднецкого. Господа, вам не надоело постоянно эксплуатировать чеченскую тему, пытаясь хотя бы таким образом состояться в этой жизни? Вы ничего полезное не умеете делать? И готовы ли вы к уголовной ответственности за свою ложь, провоцирующую межнациональную рознь и свою экстремистскую деятельность, наказание за которую в российском и международном законодательстве никто еще не отменял?

 

Поделиться
Share on VK
VK
Share on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Pin on Pinterest
Pinterest
Print this page
Print